О терминологии

Манипулятивные стратегии СМИ в условиях «войны с международным терроризмом»

Наиболее эффективным средством управления массовым сознанием являются термины. Чаще всего инструментом манипулятивных стратегий становятся средства массовой информации.

Под манипулятивными стратегиями следует понимать процесс работы с общественным сознанием с целью формирования того или иного мнения относительно политически значимых событий посредством СМИ.

При описании ситуации на Ближнем Востоке средства массовой информации работают с постоянным набором терминов. Наиболее часто используемыми можно назвать такие термины, как «террор», «террористы», «оккупированные территории», «палестинцы», «государство Палестина», «арабо-израильский конфликт», «шахиды», «джихад».

Что касается термина «террор» и его производных, то характеризовать его как термин не совсем корректно: единого, общепринятого определения до сих пор не выработано ни международным правом, ни научным сообществом. Это идеологемы, поскольку в ХХ веке употребление слов «террор», «терроризм», «террористы» почти всегда маркировано. Почти всегда - эмоционально окрашено. Как правило, использование этих определений явления произвольно и соотносится исключительно с личными представлениями о нем. Отсутствие словарного определения явления дает безграничные возможности для построения манипулятивных стратегий.

Вызовы, обусловленные терроризмом, актуализируют вопрос о стратегиях борьбы с ним. Следовательно, необходимо понимать, что именно именуется «террором», описать случаи употребления определений. Отсутствие ясного определения «террора» в международном праве объясняется не только сложностью феномена, который охватывает проблемы политические, психологические, этнические, религиозные, военные и многие другие. Гораздо важнее то, что всякое определение террора и его производных строится на идеологических, культурных и политических установках. Это является причиной неживучести трактовок, их нефункциональности. Известные трудности связаны с тем, что с определением террора связаны и выводы относительно его причин, динамики его развития, поиски средств противодействия ему.

Часто повторяющиеся термины и идеологемы способствуют выработке у общества определенной реакции на информацию. Активный рефрен приводит к формированию устойчивого ассоциативного ряда и, как следствие, возникновению константной реакции на внешне похожие события. Постоянная фиксация внимания потребителя информации на небольшом количестве негативных черт события приводит в скором времени к созданию соответствующего отношения к собственно событию и к ряду аналогичных. Одна из особенностей человеческой психики в данном случае такова, что, усваивая поступающую информацию, человек машинально отыскивает аналогии и «подгоняет» каждое новое сообщение под уже сформированные в ходе воплощения манипулятивной стратегии схемы. Далее рассмотрим базовые термины и идеологемы, входящие в различные манипулятивные стратегии в связи с ситуацией всплеска «террористической» активности прежде всего на Ближнем Востоке.

Стоит отметить, что в течение XIX и ХХ веков протекал процесс переосмысления явления терроризма и, соответственно, изменялось семантическое наполнение идеологемы, это явление характеризующей.

Изначально идеологема «террор» не заключала в себе негативного смысла. Террор как явление социально-политическое, культурное был порожден Великой Французской Революцией. В переводе с латыни terror, как известно, означает «страх, ужас, устрашающее обстоятельство». Однако негативной окраски во время Великой Французской Революции, когда, как известно, террор был инструментом революции, не было. Революция же, в свою очередь, была способом «восстановления нацией своих прав» и, соответственно, воспринималась положительно.

В современную политико-социальную лексику это слово уже влилось как идеологема и трактование ее весьма широко и произвольно.

«Оккупированные территории»

Под «оккупированными территориями» имеются в виду земли Иудеи, Самарии, Сектора Газа. Действительно ли они – «оккупированные»?

Согласно нормам международного права, военная оккупация – это временный захват территории (части территории) одного государства вооруженными силами другого государства и установление военной администрации на захваченной территории. Военная оккупация какой-либо территории не означает ее перехода под суверенитет захватившего государства. Из случая употребления термина «оккупированные территории» можно сделать вывод, что вышеуказанные территории – Иудея, Самария и Сектор Газа – на момент совершения вооруженного захвата являлись территорией другого государства, а именно – территорией арабского государства Палестина. Соответственно, перейти под суверенитет Израиля эти земли не могут. Утверждается, что Израиль незаконно пришел в Иудею, Самарию и Сектор Газа и до сих пор там остается. Как известно, эти территории были отведены для создания на них независимого арабского государства резолюцией ООН №181 от 29 ноября 1947 года.

Однако не менее общим местом уже стало и то, что арабы отказались создавать государство в границах, обозначенных резолюцией.

Город Газа и пригород принадлежали Египту до 1956 года. В этом секторе, как в резервации, находились беженцы, не получившие египетского гражданства. В ходе военных действий израильтянами был занят Синайский полуостров и сектор Газа. В марте 1957 года на смену израильтянам в Газу пришел международный контингент войск. Синай же был отдан Египту.

Итак, сектор Газа находился под контролем сил ООН, но с началом войны 1967 года вооруженный контингент ООН покинул территорию Газы по требованию президента Насера и в район снова пришли силы Египта.

Иудея и Самария до войны 1967 года были заняты Иорданией.

После победы в Шестидневной войне израильское правительство установило на «контролируемых территориях» [1] военную администрацию. Вернемся к международному определения «оккупация»: речь идет, в том числе и том, чтобы на занятых территориях была установлена военная администрация. Нехитрый вопрос: раз такую администрацию установили, значит, оккупация все же была? Действительно, «новые территории» до окончания войны входили в состав территорий Иордании и Египта. Но сегодня у этих стран претензий на эти земли нет. Претендентами на Иудею, Самарию и Газу сегодня являются так называемые палестинцы.

Говоря об «оккупации» их территорий, «палестинцы» делают акцент на том, что до «захватнических» войн Израиля именно они, «палестинцы», были хозяевами, иными словами говоря – именно на этих землях было арабское государство Палестина. О том, что в 1947 году они же категорически и отказались от этих территорий, «палестинцы» стараются не вспоминать.

В ходе военных действий Армия Обороны Израиля выбила противника с этих территорий. Постольку, поскольку эти территории по резолюции могли принадлежать арабскому населению Палестины от Западного берега Иордана до восточного берега Средиземного моря, а эта часть жителей Палестины отказалась создавать здесь свое государство, то говорить об оккупации Израилем данных территорий неуместно. Однако в СМИ употребление этого словосочетания весьма устойчиво и причина в том, что после Второй Мировой войны населением европейских стран и СССР термин «оккупация» воспринимается однозначно резко негативно. Для создания в глазах мирового сообщества отрицательного образа государства Израиль этот термин эффективен.

Палестинцы

Название, по утверждению историков, происходит от слова philistia, земля филистимлян. Оксфордская энциклопедия дает такую историческую справку: «Филистимляне – народ несемитского происхождения, один из «народов моря», поселившихся в 12 в. до н.э. в Южной Палестине. Основали пять городов: Ашдод, Ашкелон, Экрон, Гат и Газу» [2]. Потерпев поражение в войне с израильтянами при царе Давиде, постепенно ассимилировались с местным населением – ханаанеями, жившими на этой территории примерно с 2000 г. до н.э. Таким образом, первоначально территория носила название Ханаан (Кнаан), затем в 12 в. до н.э., с приходом филистимлян, название сменилось на имя Палестина и около 1020 года до н.э. земля приобрела название Эрец-Исраэль, до этого была разделена на Иудею и Израиль.

Современнное описание термин «Палестина» получил на Парижской Мирной Конференции 1919 года, когда решался вопрос об управлении этой территорией (до Первой мировой войны эта земля входила в состав Оттоманской империи), включавшей в себя территории современного Израиля и Иордании.

Очевидно, что под нацией [3] «палестинцы» надо понимать все население Палестины, а не какую-то его часть. В современных же СМИ палестинцами называют лишь арабов, проживающих на территории от Западного берега Иордана до восточного побережья Средиземного моря. На территории Палестины, как уже отмечалось выше, находится и королевство Иордания. Однако жители страны называются иорданцы. Граждане государства Израиль определяются как израильтяне. Государства Палестина, жителей которой можно было бы именовать как палестинцы – не создано.

Из описания происхождения названия Палестины и последующих переименований одной территории видно, что в данном случае сделана попытка соотнести нынешних арабов с филистимлянами, которые несколько раньше евреев пришли на эту землю. Однако филистимляне, как известно, не относятся к семитам, арабы – принадлежат этой группе.

Арабо-израильский конфликт

Об арабо-израильском конфликте начали говорить в начале ХХ века. Словосочетание арабо-израильский конфликт предполагает состояние войны между арабскими государствами и государством Израиль. Конфликт берет свое начало (в том виде, в котором он есть сейчас с незначительными вариациями) в 1920-х годах. Тогда кровавые столкновения между арабским и еврейским населением носили название «беспорядков», «бунтов». Обстановка накалялась и в 1948 году вылилась в Войну за Независимость государства Израиль.

Как известно 15 мая, как только еврейское государство объявило о своей независимости, арабские соседи ввели на территорию страны свои армии, развязав таким образом первую войну. Арабо-израильская война 1948-1949 г.г. положила начало череде столкновений: Синайская кампания 1956 года, Шестидневная война 1967 года, война Судного дня 1973 года, Ливанская война 1982 года и другие.

Обратимся снова к нормам Международного права. Международное право трактует государственную территорию, как часть земного шара, находящуюся под суверенитетом соответствующего государства. Территория государства может изменяться в результате национально-освободительной борьбы и реализации права на самоопределение, а так же применения мер ответственности за агрессию. Все вышеперечисленные войны, за исключением разве что Ливанской кампании, которую начал Израиль (и за счет этой войны Израилем не было занято территорий противника), были развязаны арабскими государствами. В результате этих войн территория государства Израиль приобрела те размеры, который есть на текущий момент. Следовательно, территориальные приобретения еврейского государства квалифицировать как оккупацию некорректно.

Когда же вооруженные столкновения происходят между государством и негосударственными вооруженными формированиями, то о межгосударственном конфликте говорить некорректно с точки зрения международного права. Тогда возникает синоним (в манипулятивных стратегиях СМИ это именно синонимы, различия между понятиями не делается) «палестино-израильский конфликт». Анализ словосочетания показывает, что и это определение нефункционально: Израиль располагается на территории Палестины. А государство Палестина, как уже было сказано выше, не сформировано. Межгосударственного конфликта, на который намекает термин – нет.

Сделана попытка также обозначить конфликт как арабо-еврейский. Но в таком случае можно говорить о конфронтации арабов и евреев, то есть, о состоянии войны между двумя народами. Тут уже рамки противостояния определяются не географическими границами, как в предыдущих случаях, а культурными. Что тоже некорректно, так как при употреблении термина арабо-еврейский конфликт в описаниях взрывов в общественных местах, ответных акциях, производимых Армией Обороны Израиля речь отнюдь не о культурной революции. Очевидна эффективная подмена понятий в рамках манипуляции определением конфликта.

Джихад

Еще один «синоним» конфликта, часто встречающийся в про–арабски ориентированных СМИ – «джихад». В переводе с арабского значит «рвение», «усердие». Обычно понимается как «священная война», которая является одной из главных предписанных Кораном обязанностей мусульманина. В теории джихад подчиняется строгим правилам, диктующим условия объявления войны против иноверцев, угрожающих исламу. Кроме того, есть еще и понятие «внутренний джихад», то есть – внутренняя борьба с низменными порывами души мусульманина, строгое подчинение предписаниям Корана и выстраивание своего внутреннего мира в соответствии с нормами Священного Писания.

На практике же под знаменем джихада амбициозные мусульманские лидеры ведут захватнические войны. Примером может послужить, например, захват арабами Византии и Персии. Сегодня же под знаком джихада ведется, в частности, война на уничтожение еврейского государства и захват территории Израиля.

Шахид

Привычным кажется и то, что в подавляющем большинстве материалов СМИ о ситуации на Ближнем Востоке при сообщении о смертнике, взорвавшем себя в общественном месте и таким образом убившем большое количество представителей мирного населения, используется определение «шахид».

Согласно мусульманской традиции, шахид – это мученик за ислам. Мученичество за веру вообще окрашено положительно. В условиях объявленного Израилю «джихада» «шахид» - явление естественное и неизбежное. Манипуляция этим термином направлена на усиление эффекта от манипуляции термином «джихад». Отношение к борьбе за сохранение одной из крупнейших и молодых религий – мусульманства – совершенно иное, нежели к геноциду целого народа – евреев – в условиях уже объявленной войны на уничтожение государства Израиль.

Усиление антисемитизма в Европе и России, раскол в израильском обществе в отношении к проблеме противостояния и поиску средств адекватного ответа на все усиливающуюся угрозу существованию государства Израиль, отчасти можно объяснить именно тем, что избранные арабской стороной конфликта манипулятивные стратегии ведения информационной войны – эффективны.

В связи с этим необходимо анализировать средства ведения войны противником и, учитывая результаты анализа, выстраивать контрстратегии работы с массовым сознанием. Однако израильские СМИ все больше склоняются влево (вслед за правительством) и информационный поток направлен на очевидную поддержку манипулятивных стратегий про–арабских СМИ. Подтверждением такого вывода может служить глубокий анализ ивритоязычных СМИ, где при описании политических и экономических событий в Израиле используется тот же набор терминов и идеологем, которые уже сработали в про–арабских средствах массовой информации.

Библиография

Литература на английском языке

1. Europe and Israel: troubled neighbors. Berlin, New York. 1988.
2. Fighting Terrorism: Negotiations or Relation? New York. 1986.
3. Flores A. The Palestinians in the Israeli-Arab Conflict: Social Conditions and Political attitudes of the Palestinians in Israel, the Occupied Territories and the Diaspora. Bonn. 1984.
4. Friedman I. The Question of Palestine, British-Jewish-Arab Relations: 1914-1918. Second expanded edition. New Brunswick. 1973.
5. Gaury G. The New State of Israel. London. 1952.
6. Gilbert M. The Arab-Israeli Convict: It’s History in Maps. London. 1974.
7. Gilbert M. The Dent Atlas of the Arab-Israeli Conflict. London. 1993.
8. Europe and Israel: troubled neighbors. Berlin, New York. 1988.
9. Fighting Terrorism: Negotiations or Relation? New York. 1986.
10. Flores A. The Palestinians in the Israeli-Arab Conflict: Social Conditions and Political attitudes of the Palestinians in Israel, the Occupied Territories and the Diaspora. Bonn. 1984.
11. Friedman I. The Question of Palestine, British-Jewish-Arab Relations: 1914-1918. Second expanded edition. New Brunswick. 1973.
12. Gaury G. The New State of Israel. London. 1952.
13. Gilbert M. The Arab-Israeli Convict: It’s History in Maps. London. 1974.
14. Gilbert M. The Dent Atlas of the Arab-Israeli Conflict. London. 1993.
15. Liston R.A. Terrorism. Nashville, New York. 1977.
16. McDonald J.G. My Mission in Israel, 1948-1951. New York. 1951.
17. Morris B. Righteous Victims. A History of the Zionist–Arab Conflict. New York. 1999.
18. Reich B. Israel and the Occupied Territories. Washington. 1973.
19. Roland J.M. Understanding Terrorism: Groups, Strategies and Responses. New Jersey. 1988.
20. Rubinstein R.E. Alchemists of Revolution: Terrorism in the Modern World. New York. 1987.
21. Shlaim A. The Iron Wall. Israel and the Arab world. New York. 2000.
22. State Terrorism and the International System. Tel-Aviv. 1986.
23. Terrorism and the Media. Dilemmas for Government, Journalists and the Public. New York. 1990.
24. Terrorism and national Liberation. Francfurt. 1988.
25. Terrorism, Legitimacy and Power: The Consequences of Polit. Violence. Middletown. 1984.
26. Thackrah J.R. Encyclopedia of Terrorism and Political Violence. London, New York. 1987.
27. Weimann G., Winn C. The Theater of Terror: Mass Media and International Terrorism. New York. 1992.
28. Weizmann Ch. Trial and Error. New York. 1949.
29. Which Came First: Terrorism or “Occupation”? Israel Information Center. 2002.
30. Wolfsfeld G. Media and Political Conflict: News from the Middle East. Cambridge. 1997.
31. Yaari E. Strike Terror: The Story of Fatah. New York. 1970.

Литература на немецком языке

32. Terrorismus: Gewalt mit polit. motiv. Munchen. 1986.

Литература на русском языке

33. Бастрыкин А.И. Международное право в борьбе с терроризмом. Л. 1990.
34. Бовин А.Е. Записки ненастоящего посла. Из дневника. М. 2000.
35. Бельков О. Международный терроризм – слова и смыслы. // Власть. №2. 2002. С. 17-24.
36. Бояр-Созонович Т.С. Международный терроризм: политико-правовые аспекты. Киев, Одесса. 1991.
37. Воронов Ю.П. Экономика терроризма. // ЭКО. №2. 2002. С. 64-
38. Гойтейн Ш.Д. Евреи и арабы. Их связи на протяжении веков. М., Иерусалим. 2001.
39. Емельянов В.П. Терроризм и преступления террористической направленности. Харьков. 1997.
40. Ермаков И. Политический экстремизм и религия. // Власть. №12. 2001. С.58-61.
41. Жданов Н.В. Правовые аспекты борьбы с террористическими актами международного характера. М. 1975.
42. Замковой В.И., Ильчиков М.В. Терроризм – глобальная проблема современности // Ин-т междунар. права и экономики. М. 1996.
43. Захаров А.М., Фомин О.И. Кэмп-Дэвид: политика, обреченная на провал. М. 1982.
44. Источниковедение: Теория. История. Метод. Источники российской истории: Учеб. Пособие / И.Н. Данилевский, В.В. Кабанов, О.М. Медушевская, М.Ф. Румянцева. М. 1998.
45. Исчезнувшие. Метод террора: Доклад для независимой комиссии по международным гуманитарным вопросам: [Пер. с англ. / Подгот. С. Ала Хан и др.]. М. 1989.
46. Коршунов Е.А. Шпионы, террористы, диверсанты: израильские спецслужбы. М. 1988.
47. Ляхов Е.Г. Политика терроризма – политика насилия и агрессии. М. 1987.
48. Международное сотрудничество в борьбе с международным терроризмом. // Междунар. жизнь. №3. 2001. С. 71-110.
49. Морозов Г.И. Терроризм – преступление против человечества. М. 2001.
50. Петрищев В.В. Заметки о терроризме. М. 2001.
51. Рубинштейн А. От Герцля до Рабина и дальше. Сто лет сионизма М. 2002.
52. Салимов К.Н. Современные проблемы терроризма. М. 2000.
53. Сатановский Е. Глобализация терроризма и ее последствия. // Междунар. жизнь. №9-10. 2001. С. 17-25.
54. Седов С. Сионизм: ставка на террор. М. 1984.
55. Сотрудничество государств в борьбе с международным терроризмом: Библиогр. Справ. Уфа. 1998.
56. Стефанкин В.А. На службе агрессии: политический механизм и политика Израиля. Киев. 1984.

Примечания

[1] Термин «контролируемые территории» в официальные документы, по утверждению историка М. Штереншиса, был введен генералом Шапгиром.

[2] Oxford Encyclopedia. V.3. – Oxford, 1993. – P.350.

[3] Нация – это общность людей, живущих на одной территории, говорящих на одном языке и равных перед законом.