Накануне

В начале 70-х г.г. флотилия ракетных катеров израильского ВМФ почти приобрела свою окончательную форму. В неё входили 14 ракетоносцев - 12 типа "Саар" и два типа "Решеф". Но 2 из этих кораблей ещё не имели ракет. К 1973г. Эзру Каршинского сменил Михаэль ("Йоми") Баркаи, командовавший до этого подводной лодкой ВМФ. С 1972г. во главе самого флота (18) стоял Бениамин ("Бинни") Телем - человек, который в своё время начал работу над Шербургскими катерами в качестве главы израильской морской миссии.

Михаэль ("Йоми") Баркаи

Он отлично понимал важность ракетоносцев в будущей войне. Баркаи, как и все подводники, оказался воинственным и решительным командиром, уважаемым своими подчинёнными - несмотря на "буйный" нрав. Под его руководством флотилия начала изнурительные учения в новой для большинства экипажей обстановке. Когда, принимая командование, Баркаи обратился к подчинённым со словами "бойцы ракетной флотилии", его пафос вызвал несколько негромких смешков - действительно, они может смогут управлять техникой (и даже довольно сложной), но это сделает их хорошими техниками да и только - термин "бойцы", по всеобщему мнению подходил на флоте только для коммандос, а никак не для "техников" на ракетных катерах. Тем не менее учения начались и проводились крайне интенсивно. Баркаи понимал, что в будущем бою против него и его катеров будут два фактора - численное преимущество противника и вдвое большая дальность его ракет.

На момент начала войны Египет имел 12 ракетных катеров типа "Оса" и неколько типа "Комар" (19). Кроме них, египетские ВМС имели 10 подводных лодок, 18 торпедных катеров, 3 эсминца и два фрегата - всё вооружение вполне современное, в основном советского производства. Флот Сирии располагал как основной ударной силой 9 ракетными катерами - 3 "Оса" и 6 "Комар". "Оса" могла нести 4 ракеты, "Комар" - 2, но радиус действия ракет типа П-15 ("Styx") был 45 км - вдвое больше, чем у "Габриэлей". Поэтому Баркаи мог расчитывать только на две вещи - систему электронного противодействия Херута Цемаха и на выучку своих подчинённых.

Ракетный катер типа Оса-1

Работу над системами противодействия радарам и системам наведения ракет израильтяне начали ещё в середине 60-х г.г. Первым этапом были ПУ для т.н. дипольных отражателей - тонких полосок алюминия (станиоль). Разбрасываемые в большом количестве, они должны были создавать ложные цели для радаров ракет. Паралельно была разработана система предупреждающая о "поимке" корабля ракетным радаром или радаром управления огнём. По злой иронии судьбы эти системы уже устанавливались на "Эйлат" - но их установка так и не была закончена, когда эсминец вышел в своё последнее плавание в октябре 1967г. Через 6 лет после этого Херут Цемах установил на ракетные катера ещё и системы постановки активных помех. Последние подстраиваясь под излучение радара ракеты противника, и сами начинали излучать на той же частоте, направляя ракету в погоню за электронными "призраками". И хотя многие офицеры не соглашались с попыткой превратить боевые корабли в "Рождественские ёлки", Цемаху удалось их убедить. Теперь дело было за "мелочью" - проверить, работало ли "это" на самом деле. Для этого израильским морякам пришлось подождать до начала войны. Пока они только тренировались. Гибель "Орит" в 1970г. только подтвердила опасность.

За три года, последовавших за побегом катеров из Шербура, были детально разработаны планы действий в ходе войны. Согласно этим планам, израильские ракетные катера должны были, атакуя порты противника, выманить его корабли и навязать им столкновение в открытом море. Используя свой электроный щит, катера должны были прорваться через "опасную зону" (в которой противник мог атаковать их ракетами, находясь вне досягаемости "Габриэлей") и произвести на эффективной дальности пуск своих ракет. Дополнительным заданием являлось уничтожение нефтяных цистерн, находившихся у побережья. Соответственно, основу тренировок составляли учебные пуски ракет и методы электронной защиты и противодействие ракетам - как электронное, так и с помощью маневрирования. На специальных тренажёрах вахтенные офицеры учились действовать в водах противника - обыгрывались все возможные сценарии, пока будущий командир не чувствовал себя в водах Сирии и Египта как в собственной гостинной, правда пока только теоретически. Впрочем и практики долго ждать не пришлось...

Война

Случилось так, что именно флот был лучше всех других родов войск готов к войне, несмотря на относительно небольшие финансовые вложения и пренебрежение высшего командования АОИ, из-за которого и пришлось идти на революционные разработки. Ведь на момент начала войны, Израиль был вторым государством в мире (и первым на Западе), имевшим противокорабельные ракеты собственной разработки и ракетные катера. После гибели "Эйлата" аналогичные разработки начались и в других государствах, но в 1973г. они были очень далеки от завершения (20).

Готовность флота была выше и в другом отношении - не подверженные эйфории 1967г., офицеры флота придавали гораздо большее значение данным разведки, говорившим о явной подготовке Сирии и Египта к войне. Поэтому уже накануне Судного дня 1973г., Телем и Баркаи отменили все праздничные увольнения, к явному неудовольствию своих подчинённых. Утром 6 октября катера "Суфа" и "Херев" вышли в море и заняли позиции для дозора у берегов Синая. Позже к ним присоединился "Кешет". На остальных катерах шла напряжённая подготовка к выходу в море. В 14:00 наблюдатели на линии Бар - Лева, на Голанах и у берегов Красного Моря, засекли подходившие к израильским позициям первые МиГи. Тяжелейшая в истории еврейского государства (со времён Войны за Независимость) война началась.

Латакия

К 17:00 6 октября была закончена мобилизация и флот был готов к выполнению первого задания. Баркаи и Телем решили нанести первый удар по порту Латакия в Сирии и уничтожить находящиеся там корабли. Для достижения внезапности планировалось подойти к Латакии с севера, со стороны Кипра, выманить корабли противника в открытое море и потопить их. Взбешённый внезапным нападением на Израиль Баркаи, взявший командование опрацией на себя, был настроен крайне решительно - если сирийцы не выйдут в море, он готов был войти в Латакию и уничтожить их артогнём, "а если будет надо - мы подойдём так близко, что сами сможем пришвартоваться там", по его словам. Ровно в 17:00 корабли вышли в море двумя колоннами. К западу шли "Мезанек" (на котором находился сам Баркаи), "Гааш" и "Ханит". Ближе к берегу и немного позади шли "Мивтах" (не имевший ракет) и "Решеф". Каждый катер типа "Саар" (кроме "Мивтах") имел 6, а "Решеф" - 8 ракет "Габриэль". К тому же почти все катера были вооружены мощными АУ калибра 76 мм. Преимущество сирийцев было в их численности, большей дальности их ракет и весе их боеголовок.

В 22:28 радар "Решеф"а, (который шёл головным в восточной колонне) засёк неопознанный контакт в 35 морских милях от Латакии. С мостика сообщили, что цель идёт без огней и имеет низкий силуэт. Хотя Баркаи был почти уверен что цель - сирийский торпедный катер, патрулирующий дальние подходы к Латакии, он всё же не мог исключить возможности, что это гражданское судно, пытающееся уйти из зоны военных действий и не желающее привлекать внимания воюющих сторон. Чтобы проверить это, Баркаи приказал командиру "Мезанек"а выпустить несколько снарядов под нос неопознанному судну. Последние сомнения исчезли, когда цель внезапно дала ход и открыла пулемётный огонь в сторону израильских катеров. Командир "Решеф"а, рав-серен (Капитан 3 ранга) Миха, приказал открыть беглый артиллерийский огонь по катеру, размеры которого явно не оправдывали затрату ракеты. Одновременно "Решеф" увеличил скорость и вышел на пути отхода торпедного катера. Хотя визуально определить результаты было невозможно из-за темноты и большой (10 км) дистанции, оператор радара сообщил что цель потеряла ход и остановилась.

Теперь Баркаи мог быть уверен что сирийцам известно о его присутствии. Катер вполне мог передать сообщение в Латакию до того, как вышел из строя. Баркаи понял, что основным фактором теперь является скорость. Поэтому, оставив "Ханит" добивать повреждённый катер (21), Баркаи с остальными катерами повернул на восток и (в прежнем строю) полным ходом пошёл прямо к Латакии, отказавшись не только от обходного манёвра для захода с севера, но и от сложных манёвров для введения в заблуждение радаров противника.

Сирийцы действительно получили сообщение - хоть и в изменённом виде. По каким-то причинам командир катера сообщил что ведёт бой с ТРЕМЯ кораблями. Но в любом случае, сирийцы приняли меры. Тральщик "Ярмук", патрулировавший ближние подходы, получил приказ уходить под прикрытие береговых батарей. Три ракетных катера получили сообщение о появлении кораблей противника в районе и готовились встретить его. Пока же катера западной колонны (после поворота ставшая северной) обнаружили "Ярмук", на полном ходу удирающий под прикрытие береговых батарей. На предельной дистанции (20 км) "Гааш" выпустил первую ракету. Она не попала в цель, так как тральщик удирал на полном ходу и ракете, выпущенной на максимальной дистанции, пришлось "догонять" его. Ошибку исправил "Решеф" подошедший на 18 км к цели. Его ракета шла нормально и через 2 минуты вспышка на горизонте показала израильским морякам, что ракета попала. Почти сразу после этого "Решеф выпустил по тральщику и второй "Габриэль", который также попал в цель. Но пока израильтяне дожидались второго попадания, на экране радара "Решефа" (22) появились 3 новых контакта. Ещё через секунду от них отделилось шесть маленьких быстродвижущихся целей и система предупреждения сообщила о приближающихся ракетах. На сцену вышел главный противник - два "Комара" и "Оса", сполна использовавших своё преимущество в дальности ракет. Израильские катера повернули в сторону противника и "на полную катушку" включили системы противодействия.

На экране сирийских радаров начался самый настоящий хаос. Кроме 4 быстроходных катеров появилось около десятка тихоходных судов и, как казалось сирийцам, три вертолёта шли к позициям береговых батарей. По свидетельствам сирийских офицеров, данных после войны, "такое сосредоточение сил говорит только о том что израильтяне готовилиь к атаке за несколько лет или месяцев до войны". Радары сирийских ракет были, наверное, настолько же запутаны - все 6 ракет разорвались за кормой израильских катеров. А пока "Решеф" вышел на эффективную дистанцию для пуска ракет. Но когда Миха отдал приказ готовить ракеты, оператор электронных систем сообщил о поломке - в результате короткого замыкания, система запуска ракет вышла из строя. Пока техники пытались устранить неисправность, "Решеф" увеличил скорость - имея преимущество в ходе над сирийцами, (к тому времени начавшими отходить на юг, пытаясь держаться на расстоянии от израильтян) Миха расчитывал вывести себя и "Мивтах" на дистанцию эффективного артиллерийского огня. 30 мм АУ "Комаров" и "Осы", были явно слабее его 76 мм установок.

Получив сообщение о поломке на "Решеф"е, Баркаи оказался в затруднении - второй в колонне Михи "Мивтах" ракет не имел вообще. "Ханит" остался топить торпедный катер и его отсутствие начало уже вызывать беспокойство у Баркаи и его штаба. Таким образом, только "Гааш" и его собственный "Мезанек" могли пускать ракеты, но оба находились в одной колонне, тоже настигавшей сирийцев, но находившейся дальше от них. Баркаи пошёл на рискованный, но эффектный манёвр. По его приказу "Решеф" и "Мивтах" резко отвернули влево, а сам Баркаи на "Мезанек"е и шедший с ним "Гааш" пересекли курс "Решеф"а, увеличили скорость и начали обходить сирийское соединение справа. Перед сирийцами встала явная и невесёлая перспектива "клещей"- тем более неизбежных, что израильские катера были явно более быстроходны и манёвренны, чем сирийские. На двух "Комарах" ракет уже не было (23), но "Оса" развернулся и выпустил ракету по "Гааш"у и "Мезанек"у. Плюясь фольгой и отчаянно маневрируя, катера вышли на дистанцию ракетного залпа. Сирийская ракета ешё не начала снижаться, когда "Гааш" выпустил ракету по "Осе". "Мезанек" выбрал в качестве цели удирающий "Комар". Не дожидаясь результатов, израильский "Гааш" и сирийская "Оса" выпустили ещё по ракете - по тем же целям. Сирийские ракеты разорвались в воде за кормой израильтян - опять сработало глушение. На экране радаров израильтян отметки "Габриэлей" сближались с отметками катеров противника. И...

Боеголовка ракеты "Габриэль" весила 180 кг - немногим меньше снаряда "карманного линкора" времён Второй Мировой Войны (24). За несколько минут до этого 570-тонный "Ярмук" получил два попадания такими ракетами и остался на плаву, хотя полностью вышел из строя. Однако эффект от попадания "Габриэля" в "Осу", водоизмещением менее 250 тонн и к тому же загруженную горючим, был сокрушительным. Баркаи только недоумённо переглянулся со своим заместителем Уди Эреллем (25), не понимая куда девалась "Оса", только что фигурировавшая на экране. Прошло несколько секунд пока моряки поняли что от "Осы" наверняка не осталось ничего, кроме разбросанных по воде обломков. Через несколько секунд та же участь постигла "Комар", попавший под залп с "Мезанек"а. Второй "Комар", видя столь убедительные последствия боя (и не имея возможности помешать), на полном ходу пошёл прямо на берег. Ещё до того ка израильтяне поняли его намерения, "Комар" вылетел на берег южнее Латакии и его экипаж бросился во все стороны. Как раз в это время на связь вышел "Ханит", добивший наконец торпедный катер, и не имевший возможности сообщить о себе из-за поломки в системе связи. Баркаи приказал "Ханит"у "повторить операцию" с "Ярмук"ом, а сам на "Мезанек"е (остальные катера получили приказ держатся подальше) полным ходом пошёл к вылетевшему на берег "Комар"у. Несмотря на всплески от снарядов береговых батарей (ложившихся неприятно близко), Баркаи подвёл "Мезанек" на дистанцию в 1 км и расстрелял "Комар" из своих 40 мм АУ пока тот не вспыхнул и не взорвался. Тем временем "Ханит" вогнала в стоявший без движения "Ярмук" ещё одну ракету и растреливала его из своего 76 мм орудия, пока тральщик не перевернулся и не скрылся под водой. После этого Баркаи собрал своё соединение и повёл его на базу. В море была нарушена традиция - Баркаи решил отказатся от швабр на мачтах - традиционного символа победы на море - так как считал, что это будет "некрасиво по отношению к нам и к погибшим сирийцам".

Так закончился этот бой - первое в истории морское сражение, в котором обе стороны применяли проивокорабельные ракеты класса "поверхность-поверхность". Результаты этого сражения говорят сами за себя - все 5 сирийских кораблей были уничтожены, не добившись даже близких разрывов у израильских катеров, то есть этот бой по "неравности" потерь (и убедительности результатов) можно сравнить только с такими боями, как Коронель или Фолкленды (26). Действия израильтян в большинстве случаев были понятны и правильны. Почти сразу после возвращения Телем и Баркаи (которым явно не давали покоя лавры ВВС с 1967г.) приказали готовить катера к выходу в следующюю же ночь - на этот раз против Египта... За Латакию Баркаи был награждён "Итур Мофет", а Херут Цемах получил благодарность от флота. После войны ему вручили премию Израиля в сфере безопасности ("прас битахон Исраэль").

Кроме всего прочего, Латакия обеспечила новой традицией и штабных офицеров флота, паралельно дав им способ бороться с напряжением. Когда Баркаи сообщил о приближении сирийских ракет, один из офицеров штаба начал нервно грызть только что взятое им яблоко. Он догрыз как раз до середины, когда Баркаи сообщил, что сирийцы промахнулись. С тех пор (в течение всей войны) тишину штаба ВМФ в самые острые моменты нарушал только дружный хруст яблок - правда история умалчивает стали ли давать яблоки самым напряжённым в то время людям на флоте - катерникам...

Назад | Оглавление | Вперед

Обсудить на форуме | Наверх | Перейти в раздел Статьи